people – 2014 [monochrome]

Люди 2014 года.

Этот пост о людях, которых я увидела в 2014.

Это все фотографии, которые я каждый раз «переживаю», прежде, чем опубликовать куда-либо. Будь то мой инстаграм или этот блог.
В общем, для этих фотографий у меня в голове есть отдельный тег:

#янеумеюсниматьлюдей

Весь этот год я их снимала – украдкой, или спрашивая разрешения.
Именно эти фотографии больше всего мной переживаются.
Именно эти фотографии мне хочется пересматривать чаще, чем яркие цветные из 2014.
Хотя изначально некоторые фотографии были в цвете, я поняла, что ЧБ для людей мне нравится больше, чем цвет.
И вот – они чёрно-белые.

Улыбайся.


На самом деле (мне не стыдно признаться), это фотография 2013 года.
Тогда я ещё не знала, что мне нравится снимать людей, но я этого панически боюсь.
Это была первая «жертва», так сказать. Встреченная на Невском проспекте, душном дождливом питерском сентябре 2013.
Он зеленый, и улыбался просто так, и его не страшно было снимать.

Подменили.

А она стояла и молчала. И не дёргала никого за руку, хотя, кажется, предлагала какое-то царство.
Наверное, опять божее и опять новое. И доброе и счастливое.
У меня было ощущение, что она пришла подменить кого-то на этой миссии. И в роли новой мессии ей было как-то никак…
Она мёрзла, и у неё была сумка, и она не улыбалась.

На бис.

А это я в первый раз в питерском театре.
Очень хотелось попасть, но всё боялось (это из детства тянется, из «отбивательного» все желания тамошнего драмтеатра).
А на фотографии – Алиса Фрейндлих и Олег Басилашвили.
Мне повезло пройти к первым рядам в БДТ и заснять этих талантливейших людей.
Я писала об этом раньше, фотографии есть и в цвете.
Но именно так – расторможенно, искренне, после третьего «на бис» и в ЧБ; в полупоклоне, с горами чёрно-белых роз – мне нравится. Хотя и немного тленно.

 

Привычка.

Одинокая и почти спящая смотрительница в Пскове, в «Поганкиных палатах».
Там было так тихо, что было слышно, как летают мухи.
А полы не скрипели. И пахли лаком, пылью, натопленным теплом помещений.
Она разгадывала какие-то сканворды, и ей было всё равно, что воооон там, на третьем стенде висит изумительное сине-бело-голубое маленькое «Море», в экскизе.
Просто она привыкла.

 

Незаметное

А это – Москва.
Солнечно настолько, что свет отражается в намытом переходе.
А вместе с тем и человек. Мужчина долго кого-то ждал, ходил туда-сюда, курил.
Кажется, он и не замечал этого солнца.

 

n/a

Гитарист на концерте Beth Hart.
Я не сильна в гитаристах, в их направленностях, правда.
У него бешеная энергетика, и я не смогла сдержаться, когда он по-честному отжигал.
Он любил эту гитару каждую секундочку.

 

Подглядела.

Ох, какая же спорная для меня фоточка.
Нагло сделанная, когда девушка делает вид, что не видит меня, и я делаю вид, что я не снимаю.
А вообще я целилась в блондинку. Но она почему-то не так долго красила свои губы, и всё досталось брюнетке.
Выставка была таксебешная, а я спешила домой – посмотреть, как я сняла блондинку.
Ну, вы поняли )

 

Разные.

Вообще тут я снимала вооон ту башню – в Брюссели.
Но получилась гиперболизация молодежи.
Эти девушки с арфами, мне встречались раза три за день – в разных точках города. Они ходили быстрей меня, наперевес со своими арфами.
Я слушала музыку в плеере и поленилась достать наушник, хотя бы один.
Так что для меня они играли Jamiroquai.

 

Громозека.

Это должен был быть портрет итальянской собаки (вот, её чешут за ухом, у почты в Милане, кажется).
Но получился вот такой здоровач-усач. И тут у него ещё не самый грозный взгляд.
Я сразу подумала: «Если сбрить его развесистые усы, останется ли он таким же грозным или превратится в Громозеку?»

 

Любопытный.

Это уже Флоренция. На собаках в Италии зарабатывают, видимо.
И тут я увидела, что собака сидит у него на шее. И он не улыбается. Совсем.
Он, кажется, был сильно-сильно пьян. Или расстроен.
Проходящим у рынка людям он показывал какой-то оскал. А им было всё равно – и на него и на странно сидящую собаку.
Я втихаря фотографировала с противоположной стороны. Много наснимала – и всё зазря.
Потому что умудрённый дедушка, влезший в кадр, мне нравится больше – он не стесняется смотреть в глаза.
Ему интересно.

Неотразимый.


Итальянский дедуля из Рима – на фоне маленького кусочка Колизея.
Он осуждающе смотрел на меня, а я не могла сдержаться и сделала несколько кадров. Он качал головой и ухмылялся, понимая, что я не отстану.
Мне кажется, он считает себя очень привлекательным мужчиной.

 

Про людей.

9 мая в селе Урмары, республика Чувашия.
Вот там сидит моя бабушка (ей как раз в этот день исполнилось 90). Рядом её брат. И её подруга, неподалёку. И морячок даже есть.
Они все, эти девять человек, фронтовики.
Кругом шарики и все те, кому на них всё равно.
(понимайте, как поймёте)

 

Это девочка умеет вызывать дождь. И, как оказалось, и снег.

Газетная история.

Это утреннее чтение газет в Питере.
Газетами оклеивают выделенные места еженедельно, на перекрестке улиц Чайковского-Гагаринской.
Клеют по-дурацки, начало разворотной статьи слева, в вторая часть может запросто оказаться в крайней правой части.
А они приходят и читают эти газеты, которые через пару дней ещё больше желтеют.
И ходят из угла в угол. Променад по-питерски, культурный.

 

#этопитердетка

Говорят, это дядя Миша. А я не уверена. Просто он клёвый.
Он приходит, залезает на будку, достаёт свой саксофон и начинает играть.
Все на «длинном» перекрёстке улыбаются – повезло!
И идут дальше по своим делам.
Я уверена, что улыбаются потом ещё долго, если не весь день.

 

Ложки-Чебурашки.

Это центр Питера.
Шапка из чебурашки (она на самом деле кислотно-зеленого цвета), ограда храма Спас-на-Крови, тельняшки, памятный зонт.
А турист перебирает столовые золочёные ложки с именами на ручках.
Кстати, шапку он так и не купил.
Она, верно, досталась кому-то другому.

 

 

Старичок в Вильнюсе. Как же мне хочется, чтобы они смотрели вперёд, а не вниз.

 

Свет-свет

 

Мне крайне нравится в этой фоточке всё.
Особенно, как у него гнутся локти (сами собой, просто по команде, понимаете?) =)
Фоточка немного постановочная (слушай, а встань вот сюда? немного левее-правее и тд), но сняла с 5 кадров.
Я лежала на животе, чтобы снять хорошо. Это, наверное, мой первый опыт лежания (и странных поз) во имя фотографии ;))

 

Магнитики!

Это самые настоящие магнитики.
Это Кристи и глаз Олега. Кстати, он же – выше (нет, не глаз, а сам Олег) ;)
Они – солнце и тепло, когда соединяются, я клянусь.
Магнитики!

 

Это Глеб, и он светится)

 

Это Пульсер и его маленькая дочка. И он тоже светится)

 

Это Денис, и он только-только вернулся из Индии.

 

Это мне напоминает Марс.

 

Леночка.

Это Леночка, вокруг неё всегда солнце) Я очень рада, что в 2014 мы с тобой стали дружить)

 

#москвадлявсех

Мне хочется отвернуться и уйти.
Но я достаю фотоаппарат, хотя зверски не успеваю выпить свой юго-западный кофе (да и чёрт с ним), и возвращаюсь, чтобы её снять.
Она не меняла позы. Она смотрит внутрь себя.

 

Про дружбу. Хотя, может, про что-то большее.

 

Сашка.

Это Сашка.
Сашка мой настоящий-пренастоящий друг.
Он, на самом деле, не считает меня фотографом «по-настоящему». Потому что я не знаю многих фотографических вещей, которые знает Сашка.
А мне нравятся сашкины брови и улыбка. Они нахальные.

 

Подсмотренное

Подсмотренное на Невском, случайный кадр.
Именно такой – щёлкнул и пошёл, а потом смотришь – и получилось.

Это Костя.

Тут же есть и дурацкая тень, но я ничего не могла поделать – Костя привёз в Питер солнце и оно было очень яркое.
Поэтому и свет такой – жёский, подчёркивающий вооон тот вихор чоп-чоповской стрижки – на затылке.

Это моя Жу.

Её зовут Наташа и я очень рада, что она просто есть – вот такая, настоящая.

 

Внезапно: рыбаки.

Я перепутала «Аврору» с другим кораблём. Потом, конечно, всё стало на свои места.
Но мне жутко стыдно.

по Фрейду ©

 

Свадьба в Неаполе.

У них тоже женятся по субботам.
Девочки толстенькие, упитанные. Кажется, это сёстры жениха.
Они все ходили туда-сюда по обеденной жаре. А я пила каппучино и грелась, как кошка.
Эта фотография напоминает мне что-то из «Санта-Барбары», даже не знаю почему.

 

А он загорает.

Мало кто заметит его. Он загорает.
В Неаполе только камни и упитанные чайки. Если смотреть в даль не поймёшь, что же это – камни или чайки это (настолько они упитанные).
Пляжей нет.
Поэтому мужчины загорают на камнях. Рядом с ними стоят удочки и они ловят рыбу.
Наверное, на обед.

 

в Детство.

 

 

Про футбол.

Все мальчишки гоняют мячики – получше, похуже (и потрёпаннней), или вообще подобия мячей.
Это страсть, любовь и надежда.

 

Ворона.

 

Зима в Питере.

 

Жизнь других.