Самолетное

На самом деле странное – когда летишь над Москвой, она не видна. Настолько тёмные, почти сизые облака над ней висят, что тот свет, который виден через просветы, кажется ускользающим закатом. Ты за ним, а он светится оранжевым, через тонкие тучи. Отблёскивает, а пробить не может.

Мне нравится летать вечером: тогда виден город, он напоминает творения сумасшедших: закручен, подсвечен, фигурен, масштабен.

Огромная-огромная паутина, как кажется, а не город. А потом присмотришься – нет. Это не паутина. Просто замотанная и давно запутанная сетка, такая плоская и рваная на концах, растерянно забытая, в тине у берегов на окраинах.

Как будто какой-то фантазёр долго-долго старался сделать то, что у него было в голове. Вот сейчас – нарисуем центр. Ставим точку. Прямо в центр. И ведём по радиусу. Ой, рука дрогнула. Ну ладно, первый круг не практически ровный получился, ура. И прямо по центру – пусть неистово светится, чтобы глаз слепило до боли. Ой. Соскользнула на втором круге и не так перфекционистично получилось. О, а этот кусочек – заштрихуем, пусть будет в рваных квадратиках, как от старенькой шашечной доски. А вот тут, прямо посередине воды, посадим кошку на лапках. Пусть сидит и слушает ушами – локаторами тёмное столичное небо. А рядом – пусть закаляка будет, как неистово рассыпанный лего, и чтобы – пожелтее, и чтобы — светился до рези в глазах.

И неважно, что видно с неба.

На земле-то, Москву отлично показывают.

IMG_20140125_235635